Menu

Жизнь без фальши

«Я  вечный ученик», — говорит о себе фотохудожник Татьяна Озёрина. В 40 с небольшим лет она поступила на заочное отделение в Орловский колледж культуры и искусств, чтобы совершенствовать свои знания и мастерство.

Учеба в колледже, как она говорит, многое ей дала, подарила возможность заниматься у таких серьёзных педагогов, как Людмила Домарацкая, Елена Ашихмина, Елена Чижмина. Знания позволяют не только информационно расширить свой кругозор, но и дают глубину восприятия.

— Некоторые самоуверенные творцы сегодня ведут себя так, будто до них ничего не было, — говорит Озёрина. — А у фотографии 175-летняя история. Сейчас очень много профессионалов холодных, жестких, агрессивных, транслирующих в мир в лучшем случае пустоту, а в худшем — зло. Этому надо противостоять. С таким подходом искусство теряет смысл. А в нашей стране вообще так нельзя, у нас ведь всегда всё великое, как мне кажется, творилось с особенным душевным теплом. И если говорить о тех, кто в современной фотографии является лично для меня образцом, то это Георгий Колосов, признанный мастер православной пикториальной фотографии. Уникальный русский фотограф-философ, как приверженец старой школы, снимает моноклем. Его творческие взгляды мне наиболее близки.

В одном из своих интервью Колосов сказал: «В моем позднем опыте фотография — это «искусство не видеть». Только любить. Любить и радоваться. Радоваться самой возможности присутствовать при том таинстве, которое по праву носит имя светопись».

Именно эта любовь живёт и в работах Татьяны Озёриной. Известный орловский фотохудожник Леонид Тучнин так отзывается о своей коллеге по творческому цеху:

— Она, бесспорно, талантливая. У Татьяны очень хорошее чувство кадра, чувство композиции. И, самое главное, в фотографиях всегда присутствует ее тонкая женская душа.

В самом деле, от всех этих снимков с юными балеринами и старыми монахинями исходит тепло, словно на изображениях остается энергия по-матерински или по-сестрински ласкового взгляда.

Большим плюсом является и то, что у Татьяны Озёриной высшее художественное образование. Есть, правда, такие, которым это не помогает, но сейчас не о них речь. В 1989 году Озёрина окончила орловский худграф. Однако по специальности — учителем рисования, черчения и труда — ей поработать пришлось недолго, из Тельченской спецшколы-интерната она ушла. Искала себя, сотрудничала с телевидением, работала дизайнером в полиграфии, занималась разработкой дизайна промышленного оборудования. Фотография пришла в ее жизнь благодаря… детям. Желание творить жило в Татьяне всегда, она смотрела на мир взглядом художника, но вот детскую коляску с этюдником совместить не удавалось, а фотоаппарат был всегдашним удобным спутником всех прогулок и путешествий.

— Когда фотоаппарат вдруг сломался, я почувствовала, что как будто без рук осталась, лишилась чего-то жизненно необходимого, — вспоминает она.

С тех пор сменился не один фотоаппарат… Когда работы нашей землячки посмотрел преподаватель факультета фотожурналистики МГУ Сергей Киврин, он сказал: «Учить вас нечему. Вы все знаете и чувствуете правильно». А фотографию «Родина» Сергей Владиславович выделил особо, сказал, что она как кадр из фильма, как сон Илюши Обломова.

Эта фотография с бегущей по лугу девочкой — один из тех самых редких кадров, которые пойманы, а не поставлены. То самое остановленное, непридуманное мгновение.

Другое дело — портрет. Здесь порой нужно долго работать с натурой, чтобы поймать то мимолетное и характерное, что отражает самую суть человека.

Татьяне Озёриной очень хотелось бы, чтобы наша орловская жизнь менялась к лучшему, чтобы городское культурное пространство было достойно своих великих писателей. Чтобы, как она выразилась, город в самом деле красиво жил.

Наблюдая за людьми, Татьяна Озёрина заметила, что сегодня никто не хочет выглядеть слабым, особенно молодёжь, многие прячутся за какие-то выдуманные ими самими маски. И потому фотохудожница ждёт, когда эти маски спадут.

— Сначала люди начинают что-то изображать перед камерой, примеряют тот или иной образ, — рассказывает она, — потом они начинают забывать, уставать, и вот когда им наконец станет всё равно, они становятся настоящими.

Любой художник в своем произведении тем или иным образом изображает себя, свое отношение к миру, и не важно, в каком жанре: портрете, городском пейзаже или натюрморте.

— Судя по вашим работам, вы человек добрый и поэтичный.

— Мне бы хотелось жить в том мире, каким я его показываю.

Недавно Татьяна Озёрина экспонировала в Орле свои работы, посвящённые… балету. Об этом виде искусства она говорит много и восхищенно.

— Дочке Маше было примерно 11 — 12 лет, — вспоминает Татьяна Леонидовна. — Мы приехали на дачу к бабушке. Обычная садоводческая суета, работа с лопатами и вилами. И вдруг я слышу, как мой ребенок что-то напевает себе под нос, и это явно не «попса». «Маша, а что это ты поёшь?» — спрашиваю. «Вальс снежных хлопьев из «Щелкунчика», — ответила она и стала счастливо кружиться. Тогда я впервые, пожалуй, ощутила могучее влияние «волшебной силы искусства». Вот, наверное, в чем истинная миссия нашего дополнительного образования: чтобы сегодняшние дети мурлыкали себе под нос Чайковского, потому что им это нравится, а не изучали его творчество из-под палки.

Татьяна Озёрина восемь лет наблюдала, как занимался ее ребенок в хореографической школе. Сожалеет, что у большинства наших людей нет возможности смотреть настоящий балет, ведь это не просто искусство, а мощнейшая прививка от всяческого безвкусия и скверны. Здесь всё на высшем уровне: отточенный танец, великолепная музыка, исполняемая виртуозами, прекрасные костюмы и декорации, потрясающий свет. Озёрина счастлива, что удалось посмотреть с ребенком в Большом театре «Жизель», «Даму с собачкой», в Мариинке —  «Сильфиду», а в Екатеринбурге во время хореографического конкурса — «Баядерку». Кстати, в этом городе 14 театров, и они не пустуют, там свои три балетные школы.

Татьяне Озёриной очень хотелось бы, чтобы наша орловская жизнь менялась к лучшему, чтобы городское культурное пространство было достойно своих великих писателей. Чтобы, как она выразилась, город в самом деле красиво жил, не приходилось часами бегать, выбирать ракурс без мусора и других нелепостей, а иногда и просто хамских проявлений. И чтобы в людях многое менялось к лучшему, чтобы появлялась глубина понимания жизни, ее ценности, основательность в мировоззрении, чтобы не было ощущения, что всё как-то мало весит, не имеет корней, что мир создан из песка и бумаги и может рассыпаться в любой момент.

А душевным фундаментом Татьяна мудро считает искусство и знания. На вопрос, чего она добивается в своем творчестве, она ответила, что согласна с Колосовым, для которого смысл фотографии в привнесении некой гармонии в этот мир. Ведь фальшивые ноты свидетельствуют о том, что вы не в ладу с жизнью.

Другие материалы в этой категории:« Юбилей не за горамиАктриса с иголкой »

Редакция оставляет за авторами материалов право отвечать на комментарии.

В комментариях запрещаются грубые и нецензурные выражения, оскорбления в любой форме, призывы к нарушению действующего законодательства, высказывания расистского характера, разжигание межнациональной розни. Подобные сообщения будут модерироваться, а при неоднократном повторении автор будет заблокирован.

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Наверх