Menu

Защитник свободной России


Орловчанин Владимир Капустянский — участник исторического события в жизни новой России. Он — соавтор Конституции.


Путч
Да и сам Капустянский — личность историческая. Генерал-майор милиции, заслуженный юрист РСФСР, заслуженный работник МВД СССР спасал демократию в августе 91 го. И среди множества медалей на своем генеральском кителе самой памятной считает одну — серебристую, с рельефной надписью «Защитник свободной России» под изображением Дома советов. События двадцатилетней давности Владимир Геннадьевич помнит в деталях.
— Я был тогда народным депутатом РСФСР и возглавлял Орловскую школу милиции, — рассказывает Владимир Геннадьевич. — 19 августа 91 го года во время путча Министр МВД СССР Пуго прислал телеграмму: «Сиди на месте, не дергайся». А вечером мне позвонил замминистра МВД РСФСР Дунаев: «Не могу дать тебе письменный приказ… Собирай личный состав и приезжай в Москву на защиту Белого дома».
Выбор был не из легких. Капустянский посоветовался с коллегами и решил ехать. Посчитал, что ГКЧП — не конституционный орган, народ его не принял. А когда в ночь с 19 на 20 августа 250 курсантов и 50 офицеров на автобусах выехали из Орла, понял: жребий брошен, назад пути нет.
В Москве на первом посту ГАИ, на Варшавке, орловские автобусы остановили. Капустянского попросили пройти на пост к телефону.
— Мне было настойчиво предложено вернуться в Орел и за это даже высокую должность обещали, — улыбается Владимир Геннадьевич. — Я ни секунды не колебался, ответил, что приехал не для того, чтобы вернуться, поджав хвост.
Тогда никто не думал, что армия, на которую возлагал надежду ГКЧП, ослушается приказа и не пойдет против собственного народа. Орловские курсанты и офицеры были первыми, кто приехал защищать законную власть. Мальчишек с курсантскими погонами возле Белого дома москвичи встречали как героев спасителей — плакали, радовались, даже целовали.
На тот момент полковник Капустянский со своими подчиненными поступил в распоряжение службы безопасности Белого дома.
— Нам всецело доверяли как личной охране российского руководства, — рассказывает генерал. — Когда проходили Ельцин, Силаев, Руцкой, московский ОМОН и другие силовые формирования должны были опустить стволы автоматов вниз. Орловские курсанты всегда находились в боевой готовности.
Больше недели Капустянский провел в Белом доме. Позже ему было предложено войти в состав конституционной комиссии по разработке основного закона государства.

Кремлёвская прописка
Конституция России с благодарственной подписью первого президента страны Бориса Ельцина до сих пор лежит на видном месте в квартире Капустянского. Работа над основным законом шла непросто.
Сначала над ее разработкой трудилась конституционная комиссия под председательством Ельцина. Но сдвигов не было. Члены комиссии не только не могли прийти к консенсусу в рассмотрении тех или иных предложений, но и заседали неорганизованно. Порой доходило до смешного. Владимир Геннадьевич с иронией вспоминает случай, когда после очередного заседания многие члены комиссии, едва не сбивая друг друга с ног, бежали к месту Ельцина, чтобы схватить карандаш, которым тот делал пометки.
— Видимо, Борис Никола¬евич почувствовал, что с конституционной комиссией далеко не уйти, — говорит Капустянский. — Было создано конституционное совещание, в состав которого вошли в основном опытные юристы, первые руководители: Туманов, Гайдар, Колодкин, Котенков… Руководил совещанием Черномырдин.
Владимир Геннадьевич, шутя, говорит, что на полтора месяца получил кремлёвскую прописку — работали в очень плотном режиме. Многие предложения народного депутата Капустянского были поддержаны. В частности, по разделу, касающемуся судебной системы.
— Я всегда придерживался линии, что суд должен быть независимой инстанцией, — говорит Капустянский.
На заседаниях много спорили. Жарко было при обсуждении главы Конституции о местном самоуправлении. Сколько должно быть власти у центра, а сколько — у регионов? Как найти рациональное звено в финансовом обеспечении? Как сбалансировать полномочия исполнительной и законодательной власти? Многие тогда называли Конституцию «сверхпрезидентской». Да и Капустянский не привык замалчивать какие-то перетяги, недочеты, поэтому не удерживается от критики сегодняшних реалий.
— Считаю, что надо больше полномочий дать законодательным органам, министрам, правительству. Не дело, когда вопрос решается только тогда, когда за него берется президент. Путина не хватит на решение всех проблем, — говорит он. — У нас сильная вертикаль власти. На местах же не чувствуется, что что-то решается. Местному самоуправлению также следует дать больше полномочий и при этом подкрепить их финансовыми средствами.
Но и призывы к переделу, переписыванию главного закона государства Капустянский отвергает. Убежден, что это не решит проблем. Надо сделать так, чтобы перед законом все были равны — и чиновник, и рабочий. Владимир Геннадьевич не приемлет понятий «иммунитет», «неприкосновенность». По его мнению, они подрывают основополага¬ющие положения Конституции. На это Капустянский приводит высказывание известного академика, юриста Сергея Алексеева: «Любой закон должен улучшать жизнь человека — в этом весь смысл. А мы по-прежнему воспринимаем его не как защиту, а как угрозу. Это ненормально».

Персона нон-грата
Капустянскому не раз предлагали работать на постоянной основе депутатом Верховного Совета. И каждый раз он отказывался. Однажды разговор на эту тему вышел с президентом.
— Меня Борису Никола¬евичу представил замминистра внутренних дел Дунаев. «Вот, — говорит, — Борис Николаевич, Капустянский — бывший прокурор района, кандидат юридических наук, а работать на постоянной основе депутатом не хочет». «Почему?», — спросил Ельцин. Я ответил, как всегда, прямо: «А у нас там дисциплина, как в плохом партизанском отряде». Президент понимающе улыбнулся и прибавил: «Подумайте. Мы в вас заинтересованы». Капустянский не передумал.
Перемены в стране сопровождались метаморфозами в жизни Владимира Геннадьевича. Сначала его повысили до начальника областного УВД. На протяжении трех лет под его руководством региональное ведомство занимало второе место в стране по раскрываемости преступлений.
А потом вдруг генерал-майор милиции оказался персоной нон-грата. В 55 лет его отправили в отставку. Заслуженному работнику МВД, заслуженному юристу, профессору, известному и уважаемому человеку, имевшему пять поощрений только от президента, нигде не нашлось места. Опального Капустянского никто не решался брать на работу, с ним боялись встречаться, разговаривать.
— С прежней областной властью у меня сложились непростые отношения, — натянуто говорит Владимир Геннадьевич. По голосу понятно: не желает ворошить прошлое.
Очевидно, принципиальность и честность Капустянского не нравились и мешали областной верхушке. Наверное, мог бы и он где-то надломить свою совестливость, подстроиться под чужие команды, попресмыкаться, держась за должность, лишний раз посветить заслуженными наградами. Но Капустянский не такой. Вместо этого уехал в далекую Псковскую область. Вот там его знания и опыт пригодились — Владимир Геннадьевич занимал должность замгубернатора по вопросам местного самоуправления и работе с территориями.
Пожалел ли он, что когда-то сделал выбор в пользу новой власти, от которой сам же и пострадал? Нет. Но обида была и есть.
— Я, мои курсанты, офицеры защищали новую власть, рисковали своими жизнями. Когда же я оказался в опале —  никто не поддержал, я даже не мог попасть на прием к министру внутренних дел.
Об этом непростом для него и его семьи периоде жизни Капустянский говорит без жестокости и злости в голосе. В те десять лет, можно сказать, вынужденной ссылки, его поддерживали только родные и близкие.
— Я благодарен супруге, детям, которые всегда и во всем меня понимали, — говорит Владимир Геннадьевич.
Сейчас его радуют внуки, которых он обожает.
— Я всегда старался поступать по совести. По-другому не мог, — говорит Капустянский. — В жизни было немало неприятных моментов. И меня успокаивает одно: я никогда не изменял своим принципам. До конца был верен себе, близким людям и стране.

Редакция оставляет за авторами материалов право отвечать на комментарии.

В комментариях запрещаются грубые и нецензурные выражения, оскорбления в любой форме, призывы к нарушению действующего законодательства, высказывания расистского характера, разжигание межнациональной розни. Подобные сообщения будут модерироваться, а при неоднократном повторении автор будет заблокирован.

1 Комментарий

  • Креймер Давид Хаимович
    Креймер Давид Хаимович 11.01.2014 04:19 Комментировать

    Капустянскому Владимиру Геннадиевичу.
    Нашел в интернете информацию о тебе. Все сходится. Мы вместе учились в ВГУ и жили в одной комнате общежития.
    Мои воспоминания "Зигзаги моего пути" можешь посмотреть по адресу http://samlib.ru/k/krejmer_d_h/.
    Мой адрес d_kreimer@mail.ru

    Отзовись
    Креймер Давид Хаимович, Симферополь

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Наверх